Чим загрожує економіці фінансування Нацбанком дефіциту бюджету

Экономисты не раз указывали на пагубность наращивания экономического долга. Но одно дело, когда государство берет в долг у игроков рынка, а другое дело – когда само у себя, когда Кабинет Министров занимает у Национального банка. Именно с такой ситуацией мы сейчас сталкиваемся в Украине, когда единственным покупателем государственных облигаций является Национальный банк. К чему приведет эта ситуация? Мы попробуем выяснить с Дмитрием Боярчуком, исполнительным директором аналитического центра "CASE Ukraine".

Александр Спасиченко: Прокомментируйте, пожалуйста, в двух словах ситуацию с ОВГЗ и ролью Нацбанка на этом рынке.

Дмитрий Боярчук: Нацбанк покупает больше 60 % всех бумаг, которые выходят на рынок, и в основном, это гшривневые облигации. То есть, даже если какое-то предприятие, или банк, или другие клиенту покупают, например, ценные бумаги, то это, в основном, ценные облигации. Но по сути, это является инструментом скрытой эмиссии, когда это так завуалировано. Но по факту, это приводит к росту монетарных агрегатов, к созданию дополнительных денег в экономике. Это основной канал вливания денежной массы за последний год.

А.С. Проблема в том, что Кабмину нужны деньги, в бюджете есть дефицит, эти деньги взять негде, кроме, как у Нацбанка.

Д.Б. По сути, да. Банки хотят вкладываться в ограниченных количествах в ценные бумаги Минфина. Но за последние несколько лет они достаточно расширили свой портфель, именно касательно государственных ценных бумаг. Но любой коммерческий банк не будет вкладывать все яйца в одну корзину. Есть лимиты , и насколько я понимаю, в данный момент те лимиты, банки, которые интересуются бумагами, они их исчерпали. В этом процессе учавствую т в основном Нацбанк, государственные банки, и некоторые игроки в очень ограниченных количествах.

А.С. Может дело не в лимитах, но еще и в тех доходностях, которые предлагает Кабмин, возможно, доходности не утраивают игроков рынка?

Д.Б. Действительно, если банк в гривне предлагает ставки на уровне 20 %, то давать в долг на уровне 14 -15 %, которые выставляет Минфин не очень интересно. Поэтому, банки ищут для себя другие варианты – или брать в той же валюте под достаточно низкие ставки и давать в кредит государству, хотя бы зарабатывая какую-то маржу. Или же кредитовать реальный сектор. Вот такая ситуация.

А.С. Действительно, получается забавная ситуация. Мы везде видим рекламу банков, где депозиты намного превышают ставки по облигациям Кабмина, но Кабмин упорно предлагает на рынок свои облигации. И не хочет повышать ставки. В связи с этим вопрос – а те 80 млрд гривен облигаций, которые сейчас есть в портфеле банков, почему их держат, а не продают?

Д.Б. Потому что это интересный инструмент. Во-первых, по ним есть какая-то доходность. Во-вторых, под облигации можно получить рефинансирование. Это достаточно ликвидный инструмент, доходный, который обеспечивает какую-то прибыль от банков.

А.С. То есть, это не та прибыль, которую они хотели, но за неимением лучших вариантов, им остается довольствоваться этим?

Д.Б. В определенное время не было даже возможности куда-то кредитовать. Минфин был единственным благонадежным заемщиком. Сейчас рассматривается возможность кредитования реального сектора, все равно Минфин считается надежным. Просто в последний год в фискальной сфере ситуация очень изменилась, мы видим, что даже самые оптимистические прогнозы предсказывают колоссальный фискальный разрыв, - нет выполнения по доходной части от 25 до 45 млрд, плюс еще тот дефицит бюджета, который был заложен изначально. Это около 75-80 млрд дефицит, а это 5% ВВП, это очень большая сумма. В такой ситуации естественно возникает вопрос о фискальной устойчивости и состоянии Минфина оплачивать свои счета. Риски повысились, и это отображается на активности банков по отношению к ценным бумагам.

А.С. По Вашему мнению, секвестр бюджета вероятен?

Д.Б. До этого момента в нашей истории секвестра не было. 95 % всех расходов – это текущие расходы. Это защищенные статьи бюджета, что резать – это капитальные расходы. В принципе , это возможно, но вся сумма капитальных расходов не превышает 20 млрд. все таки какой-то разрыв будет.

А.С. Мы можем предполагать, что весь дефицит бюджета, вся недостача по доходам, которая есть, будет финансироваться за счет покупки облигаций Нацбанка.

Д.Б. Это большой вопрос, потому что в условия девальвационного давления , если Нацбанк будет также активно принимать участие в покрытии дефицита бюджета, то это не столько инфляция, сколько давление на курс валюты. Если вбросить около 30-40 млрд чистой эмиссии, думаю, будет не удивительно, елси до конца года курс подбросит даже выше, чем прогнозируют эксперты.

А.С. Получается, деньги. Поступая к населению, население будет постепенно их переводить в валюту?

Д.Б. Это денежная масса, которая не обеспечена товарами. Есть понимание, что рост денежной массы должен превышать темпы роста реальной экономики, но не настолько.

А.С. Реальная экономика сейчас вообще не растет?

Д.Б. Верно. Тем более, когда не растет реальная экономика, когда водночасье бросится несколько десятков миллиардов гривен, частично они уйдут на товарный рынок, но есть риск, если будет продолжаться давление на гривну, что значительная часть в массы не обеспечена, она просто уйдет на валютный рынок, и добавит общей тенденции.

А.С. Но с другой стороны, даже не смотря на то, что денежная масса растет, все равно мы не видим инфляции. О чем это может говорить ? наверное о том, что покупательная способность населения все равно низка . нет возможности повышать цены у производителей. Вы согласны с этим ?

Д.Б. Природа инфляции в Украине очень интересный вопрос, потому что если в соседних странах инфляция достаточно сильная – около 6-7 %, и прошлый год , и этот, то вопрос, почему в Украине нет роста цен? Ответ никто не может дать. Есть только одна гипотеза, что просто украинская экономика остывает, это отображается. Другая гипотеза, что Госкомстат не учитывает реальную картину . даже ситуацию, когда антимонопольный комитет обращается к крупным торговым сетям, и говорит, что у нас цены растут сильнее, чем Госстат это указал, поэтому вопрос: а где Госкомстат мерял цены, если не в торговых сетях. Но даже, если отойти от этих вопросов, и посмотреть на структуру и природу инфляции, то в основном, обусловлена динамикой по продуктовым ценам. В данном случае можно говорить, что фактор именно монетарный, он имеет сове значение, но он ограниченный. Потому что если не урожай, или наоборот урожай, цены на продукты питания, которые занимают больше 50 % именно в индексе потребительских цен, снижается, то как вы не заливайте экономику деньгами, продукты питания дешевеют, и с этим Нацбанк уже ничего не сделает. Поэтому, в определенный момент в этом есть, но нельзя говорить, что если Нацбанк скинет 30-40 млрд гривен, то он этим разгонит инфляцию. Он разгонит девальвацию, а это даст толчок для подорожания импортных товаров, и других товаров, потому что это цена энергоносителей. Но именно как непосредственно, это будет очень ограниченное влияние.

А.С. Насколько правильно, что Нацбанк, который является независимым органом, получается , что он не независимый. Он как одно из министерств, которое выполняет определенные задачи. Например, у нас есть Министерство доходов и сборов, после Нацбанка оно второе, просто деньги оно не собирает, а печатает.

Д.Б. Независимость Нацбанка – это уже давно больной вопрос, в законе о Нацбанке много пунктов о его независимости, но там есть пункт, который указывает, что глава Нацбанка может быть уволен по желанию президента. А это означает, что глава Нацбанка не является независимым, и орган не есть независимым от другой структуры власти. Это на самом деле очень большая проблема. Потому что действительно, если глава Нацбанка себя чувствует уверенно, то он может сказать Минфину, «нет, мы печатать не будем, у нас другие приоритеты». Но если глава Нацбанка фигура , которая политически неважная, то ее можно легко устранить, то Нацбанк, как правило, выполняет все пожелания других министерств и органов, в данном случае что-то похожее у нас и происходит.

А.С. Как всегда – декларируют одно, а на деле – получается совсем другое.

Д.Б. С нашим Нацбанком такая проблема была всегда.

А.С. А в мировой практике какая ситуация?

Д.Б. Во-первых, в мировой практике глава Нацбанка – это пик карьеры уже уважаемого седовласого человека, который уже ничего не боится, для него единственный приоритет – сохранять валютную курсовую политику. В нашем случае, это воспринимается , как начало политической карьеры, соответственно, и Нацбанк становится заложником всех этих историй. В мировой практике – это независимая фигура, он имеет возможность и право говорить «нет».

А.С. Чем-то обеспечивается его право, свобода?

Д.Б. Его назначают на срок, который превышает срок политический цикл, президент поменяется, а глава Нацбанка останется. Он не может легко быть устранен. Как правило, если его назначили, он может говорить «нет» президенту, и всем остальным. И как правило, так все и происходит. Монетарная политика в развитых странах – это отдельная история, на которую повлиять никто, кроме главы Нацбанка не может, он является гарантом, отвечает за ценовую динамику, ситуацию на валютном рынке. Они не ориентируются на курсовую стабильность. Потому что курсовая стабильность, и ценовая стабильность – несовместимы, есть понятие «ценовое торгетирование». И страны, которые пошли далеко вперед, на это и ориентируются. Валютная политика, стоимость денег они подстраивают под ценовое торгетирование.

А.С. Когда я читал книгу Алана Гринспена многолетнего руководителя финрезерва центрального банка США, сложилось впечатление, что вся работа главы Центрального банка – это противостояние правительству. Когд Центральный банкт пытается сдержать, а правительство раздуть все расходы, денежную массу, и тд. Получается действительно интересное противостояние сил. Тем не менее, мы видим, что нам до этого очень далеко, и реального противостояния нету.

Д.Б. Иногда противостояние в Украине было, но да, в основном, Центральный Банк – это такой страж ситуации на денежном, валютном рынке, чтобы «хотелки» правительства не превращались в долгосрочные проблемы всей экономики.

А.С. Есть ли вина Нацбанка, что тормозится кредитование реальной экономики ?

Д.Б. Проблема в реальной экономике – это действительно ответственность Нацбанка, потому что Нацбанк делает ставку на фиксированный обменный курс, то есть проблема курсовой политики. В данном случае, это обуславливает то, что надо каким-то образом сдерживать банки, в плане ликвидности, именно коммерческие банки. Мы видим достаточно большой объем на счетах корреспондентских, но на самом деле - это в основном государственные банки, которые не приняли активного участия в кредитовании экономики. У коммерческих банков ликвидность не превышает значительные нормы. Другой момент, что такими мерами, Нацбанк стимулирует ставки по депозитам. То есть ресурс для коммерческих банков. В такой ситуации получается , что ресурс дорогой, банков, которые реально бы хотели кредитовать экономику, ресурсов торговых тоже недостаточно много, и это приводит к тому , что взять и снизить в одночасье кредитные ставки для экономики, этого нельзя сделать.

А.С. А по этим ставкам реально нет заемщика, который готовый брать эти деньги.

Д.Б. Заемщики есть, но в основном, это очень краткосрочное кредитование, просто закрыть какой-то разрыв ликвидности. Кроме того, само понимание, фиксированный обменный курс в условиях значительного дефицита торгового, отпугивает инвестора. Все понимают, что на каком-то этапе, украинские активы будут дешеветь в валюте, курс упадет. И в такой ситуации покупать , даже если вы ожидаете 10 % девальвацию, вы покупать актив за 100 миллионов , и за год потерять 10 миллионов просто курсовой разницы, это совсем неинтересно , и очень сдерживает инвестиционную активность. В понимании Украины, при том, что в таких проблемах, отсутствия МВФ, торговый дефицит, фиксированный курс, и проблема с бюджетом, то есть понимание страны и перспектив, оно просто у иностранцев пропадает. Поэтому значительную часть в проблемном секторе – на Нацбанке и на решении держать фиксированный курс любой ценой.

А.С. ОВГЗ, которые номинированы в гривне, опять таки неинтересны иностранным инвесторам?

Д.Б. Да, иностранцы за последние 2 года очень сократили свой портфель, и если они что-то держат, то обязательно в валюте. Они подсчитывают свои риски. В гривне покупать они сейчас не рискуют.

А.С. Видим, что ничего не меняется, поэтому, Ваш прогноз на конец этого года, и начало следующего. Как будет развиваться ситуация, если все будет продолжаться также, как и сейчас?

Д.Б. Мы попали в достаточно нетривиальную ситуацию с дефицитом бюджета и его финансирование. Это называется проблема двойного дефицита. Когда возникает дефицит валюты вследствие торгового дефицита, и серьезный дефицит фискальный. Если эти факторы сходятся одну точку, они взрывоопасны. Решить их культурно можно было бы секвестром бюджета, но в данной ситуации, поскольку политический процесс уже де-факто начался, как будут решать проблему двойного дефицита этой осенью, я даже не берусь предсказать. Потому что любое решение будет болезненно. Что из этих зол будет выбрано, мне тяжело сказать.

А.С. Подытожим. У кого может взять долг Кабмин? У иностранцев? Вряд ли. Их пугают торговые риски. Украинских банков? Тоже сомнительно. Ставки по депозитам намного выше, чем ставки Кабмина. У Нацбанка? Да, его эмиссионные возможности неограниченны. Но это ли мы ждем от рыночной экономики? Возможно, данная нетривиальная ситуация заставит наше правительство задуматься о том, что все же нужно жить по средствам, и не раздувать расходную часть бюджета.

Інше відео

Коментарі

Додати коментар


Лоу

Боярчук снова смешал кислое и синее, вероятно считая, что так умнее выглядит. Хочется только спросить его - как быть с тем дефолтом и обвалом курса, который он на прошлую зиму обещал? А то все текущие прогнозы на фоне прошлого провала его никак не возвышают - скорее это напоминает откровения неудачника.

Руслан

Отлично

ГОЛОВНЕ на 05 грудня 2021, 4:41

Грабувати, охороняти чи торгувати?

Загрузка...

Тест-драйв

закрити
E-mail
Пароль
Також, ви можете авторизуватись через Facebook Facebook login

Якщо ви не зареєстровані, пройдіть цю просту процедуру.